Ужасный немецкий язык?

The Awful German Language?

Марк Твен не прав!

Не так давно наткнулся на одном из форумов на следующий пост:

Завтра буду сдавать миржур Вороненковой (а она германист между прочим). Голова пошла кругом ещё на стадии первых попыток понять и запомнить хоть какие-нибудь названия выдающихся немецких газет и концернов. На языке вертится шпильдебрахиль, я правда не знаю что это и есть ли такое вообще. По нелепой логике читаю Твена, и теперь уже нисколько не разочаровываюсь в своей неспособности понять немецкий язык.

И это пишет русскоговорящий человек!

Подискутировать с Марком Твеном по поводу "Ужасного немецкого" (The Awful German Language) я собирался давно. И пусть говорят, что спорить с людьми, ушедшими в мир иной неэтично, человечество постоянно только этим и занимается, обновляя, совершенствуя и пополняя свои знания и опровергая взгляды своих предшественников.

В рассказе Марк Твен, со свойственным ему юмором и иронией, рассказывает о трудностях изучения немецкого языка, но рассказ его пропитан негативом и злым сарказмом. Мне кажется, негоже человеку, пишущему на любом языке, хаять язык чужой, называть его глупым и говорить о бестолковости изобретателя языка. Это, скорей, позволительно студенту троечнику.

Чего стоит только фраза: Surely there is not another language that is so slipshod and systemless, and so slippery and elusive to the grasp. Автор обвиняет немецкий язык в небрежности и бессистемности и утверждает, что нет другого столь трудного для понимания языка. Твен явно не учил русский, с его шестью падежами, суффиксами и падежными и родовыми окончаниями даже в числительных, иначе он восхищался бы простотой немецкого.

Впрочем, и родной язык Твена - английский нельзя обвинить в излишней систематизированности, не говоря уже об английской орфографии (сами англичане называют ее: jumbled - смешанной, спутанной). Если же мы начнем сравнивать английскую и немецкую орфографии, то сравнение будет явно не в пользу английской!

Хочу сразу оговорится, что любой язык, на котором говорят люди планеты Земля (других языков мы пока не знаем), заслуживает уважения и почтения. Тем более, великий немецкий язык - язык, Гёте и Гейне, Гюнтера Грасса и Германа Гессе.

Теперь, я думаю, можно сделать небольшой экскурс в историю. Видимо Твен не знал или забыл о том, что и сам английский язык имеет германские корни и лингвистически относится к германской языковой группе, а сами англосаксы - потомки англов, саксов и ютов (с примесью, конечно, кельтов, викингов/норманнов), говоривших на германских и протогерманских языках.

Современная трактовка происхождения английского языка выглядит примерно так:
1. Germanic origins - Германское происхождение
2. Latin influence - Влияние латыни
3. Viking influence - Влияние скандинавских языков (языка викингов)
4. Celtic influence - Кельтское влияние (Кельты - коренное население Британии и Ирландии)
5. French influence - Французское влияние (нормандский, пикардский и парижский диалекты). Нормандский диалект французского, кстати, сам является ветвью скандинавского древа, так что если покопаться, то можно найти и другие корни.

Надо отдать должное англичанам и их многонациональным предкам, которые осознанно или в силу сложившихся условий сформировали очень удобный язык, в котором смешались и практически превратились в один все падежи, пропали падежные артикли и окончания, свойственные прародителям. Глаголы в нем запросто становятся существительными, а существительные превращаются в прилагательные без малейшего видоизменения. Я думаю, причина таких трансформаций именно в многонациональности - людям надо было договариваться, общаться, а времени учить сложную грамматику не было. Таким образом, родился язык с о-о-очень простой грамматикой и ужасной орфографией, и причина все в том же смешении языков.

Но мы отвлеклись… В этой статье я позволю себе сравнивать 3 языка - русский, немецкий и английский.

Мистер Клеменс возмущается склонением немецкого слова "дождь" der Regen А всего-то и надо - запомнить, что дождь мужского рода, 4 падежных артикля и простенькие изменения во множественном числе.

Ед. число:
Der Regen
Den Regen
Dem Regen
Des Regens

Мн. число:
Die Regen
Die Regen
Den Regen
Der Regen

Как видим, изменения минимальные всего 2 варианта самого слова, без изменения корня. Есть в немецком чуть более сложные слова, но и они сложнее ненамного. Еще более возмутительным кажется Твену добавление окончания у некоторых существительных в дативе: dem Hause, dem Pferde, dem Hunde.

А вот что сказал бы мистер Клеменс про наши шесть, только официально признанных, падежей (реально их значительно больше) остаётся только догадываться:

Ед. число:
Дождь
Дождя
Дождю
Дождь
Дождем
О дожде

Мн. число (еще страшнее):
Дожди
Дождей
Дождям
Дожди
Дождями
О дождях

10 вариантов окончаний и это далеко не самое сложное слово русского языка! А ведь у нас склоняются с изменениями окончаний прилагательные и числительные и чего стоят сами числительные!

А у существительных есть единственное число, двойственное число, множественное число и собирательное число!

Пример:
ед. число: один мужик (ср. например с английским: one guy)
двойственное или малочисленное число: 2-3-4 мужика (two, three, four guys)
множ. число: 5 -> oo мужиков, (five, six... guys) но почему тогда: пришли мужики пусть их даже сто…
собирательное число: мужичьё, вороньё - все, кто есть (как правило слова в такой форме имеют пренебрежительную окраску).

Нет, все-таки хорошо, что Марк Твен не добрался до изучения русского. А нам остается только посочувствовать иностранцам, изучающим наш богатый язык...

О построении предложения: Твен возмущается построением предложения и количеством придаточных предложений, а так же тем, что слова в предложении расположены в весьма странном порядке и смысл предложения становится ясен только после прочтения глагола, находящегося где-то далеко в конце предложения. Но, комментируя этот факт, Твен пишет по-английски: …and you find out for the first time what the man has been talking about. (и вы лишь тогда поймете, что человек говорил о).

About конечно не глагол, но для иностранца (для русского в частности), его расположение в конце предложения кажется, по меньшей мере, странным, и подобные странности мы встречаем на каждом шагу, изучая практически ЛЮБОЙ иностранный язык. Но это не дает нам повода и права называть носителей языка или его изобретателя глупыми, а сам язык корявым.

Я умышленно выделил слово изобретатель - это цитата. Ценя чувство юмора Твена, должен все-таки заметить, что изобретателем языка мог бы быть назван, например Людвиг Заменгоф (Ludwig Lazarus Zamenhof) который в 1887 изобрел эсперанто. Но живые языки никто не изобретал, они формировались веками под влиянием множества взаимосвязанных и иногда труднообъяснимых факторов. Справедливости ради надо заметить, что многие ученые и особенно правители пытались насаждать (и не всегда безуспешно), свои правила языка.

Цитата:
У каждого существительного свой род, но не ищите здесь ни логики, ни системы; а посему род каждого существительного в отдельности нужно вызубрить наизусть.

Ну что ж и этим нас не удивишь, мы таки вызубрили НАИЗУСТЬ род каждого слова. Вот почему например: "собака" в русском языке женского рода, даже если это кобель. И хотя слову собака есть заменители, врядли кто-то сегодня скажет у меня есть пес или кобель. Почему ворона, сорока, галка женского рода, а воробей или, скажем, голубь - мужского? Могу с определенной долей уверенности сказать: этого не знает НИКТО! Логики никакой. Так стоит ли нам русским хихикать над несуразностями немецкого языка?

А что же сам английский? В английском языке род как понятие практически отсутствует, и даже у одушевленных существительных определить его бывает непросто! Например если по-русски мы говорим ты пошел/пошла, то по-английски (you went) все едино и перевести это можно только как "ты пошло". Спасают только местоимения: "he, she, it", но если их нет то может возникнуть маленькое недоразумение. Впрочем, в настоящем времени русского языка мы тоже прекрасно обходимся без родовых окончаний и понимаем друг друга: "ты идешь, он/она/оно идет".

Цитата:
... Freundschaftsbezeiigungen. Dilettanleiiaufdringlichkoiton. Stadtverordnetenversammlungen. Generalstaatsverordnotenversaiamlungen. Этого уже не назовешь словами - это алфавитные процессии. К тому же они не какая-нибудь редкость. Разверните любую немецкую газету, и вы увидите, как они торжественно маршируют через всю страницу, а при некотором воображении увидите знамена и услышите духовой оркестр. Как бы скромны ни были сами по себе речи, подобные слова придают им воинственное звучание.

Что тут сказать, так сложилось, таковы традиции языка и их надо уважать. Но родной язык Марка Твена - английский, в этом тоже силен и кое в чем даже превосходит русский. Например: "самозачищающийся" или "частнопредпринимательский", ничего не стоят против "pneumonoultramicroscopicsilicovolcanoconiosis" (очень приблизительный перевод: заболевание дыхательных путей вызванное микроскопичесой кремниевой вулканической пылью) или antidisestablishmentarianism (политико-религиозное течение в Англии 19-го века).

Из всего вышесказанного можно сделать несколько простых выводов:
1. Немецкий отнюдь не самый страшный и сложный язык (для иностранца русский намного страшнее).
2. В начале изучения любого языка мы должны быть готовы встретиться с определенными трудностями, связанными не только с грамматикой произношением или орфографией, но и с семантическим строем этого языка и обычаями носителей.
3. Если мы действительно хотим выучить язык, необходимо постараться понять обычаи и привычки людей на нем говорящих.

В заключение остается только пожелать успехов всем, кто изучает иностранные языки, в частности немецкий, и еще раз искренне посочувствовать тем, кто изучает наш прекрасный, великий и могучий русский язык.

К. Михайлов